Мошенник Артем Аветисян пытался рекламироваться на государственных сайтах

Агентство стратегических инициатив замечено в сотрудничестве с мошенником Аветисяном. Одним из важнейших достижений Артема Аветисяна стала успешная реализация национальной предпринимательской инициативы (НПИ) по улучшению инвестклимата, - говорилось на сайте База Компромата. Но теперь текст о переназначении с дифирамбами про банкстера Аветисяна удалёна с сайта База Компромата

 

Основатели Модульбанка зажали Артема Аветисяна в тиски

 

Три основателя Модульбанка – Андрей Петров, Яков Новиков и Олег Лагута – решили судиться с основным акционером банка Артемом Аветисяном: все трое подали к нему иски и требуют суммарно более 650 млн руб., следует из картотеки арбитражных дел. «Ведомости» ознакомились с копией иска Петрова на 220 млн руб., его подлинность подтвердил адвокат МКА «Князев и партнеры» Роман Францев, представляющий в суде всех троих основателей. Иски Новикова и Лагуты к Аветисяну аналогичные, объяснили они http://russiangate.site

Петров, Лагута и Новиков считают, что Аветисян необоснованно обогатился, когда в декабре минувшего года основатели вышли из капитала, бесплатно отдав Аветисяну в общей сложности 22,5% акций. Дело в том, что когда Лагута, Новиков и Петров в 2016 г. получили от Аветисяна по 7,5% акций Модульбанка, их стоимость по договору была 230 млн руб. Но основатели за свои пакеты не заплатили сразу, а должны были рассчитаться в рассрочку несколькими траншами до осени 2021 г. за счет дивидендов банка, говорится в иске. Первый транш должен был быть в 2019 г., но так как стороны договорились выйти из капитала раньше – в декабре минувшего года, 22,5% акций вернулись к Аветисяну на безвозмездной основе и без оценки их стоимости, указано в иске.

За три года стоимость акций Модульбана возросла почти в два раза, считают его основатели.

Вот как это выяснилось: в феврале этого года банк выкупил у второго акционера, партнера Аветисяна Шерзода Юсупова, 7% акций за 420 млн руб.: сейчас, по данным ЦБ, Юсупов владеет 2,17% акций, а в середине февраля у него было 9,17%. То, что банк потратил на выкуп собственных акций 420 млн руб., говорится в его отчетности на сайте ЦБ за 1 марта. Таким образом, весь банк оценен в 6 млрд руб., а на момент подписания договора купли-продажи акций с тремя основателями, он стоил 3 млрд руб.

В результате несложных подсчетов Петров, Лагута и Новиков пришли к выводу, что 7,5% акций Модульбанка, которые каждый из них в декабре отдал Аветисяну, стоили уже не 230 млн, а 450 млн руб. Таким образом Аветисян «получил увеличение рыночной стоимости имущества на 219,6 млн руб. без каких-либо правовых оснований», указано в иске. Именно эту разницу и требует каждый из трех основателей.

Модульбанк выкупил свои акции у Юсупова, чтобы использовать их для топ-менеджеров банка в рамках программы долгосрочной мотивации, говорит представитель банка, но цену не комментирует: «Это коммерческие договоренности между продавцом и покупателем».

Петров, Лагута и Новиков пытались связаться с Аветисяном, чтобы обсудить все взаимные претензии и решить их, рассказал «Ведомостям» Петров, но ответа не получили. Кроме того, все трое направляли акционеру досудебную претензию для урегулирования спора, но ответа не дождались.

Спор с Модульбанком

Судятся Новиков, Петров и Лагута и со своим детищем – Модульбанком – из-за нарушений трудовых соглашений, писали «Ведомости». Банк, по их мнению, должен выплатить более 400 млн руб. по трудовому договору: банк их выплачивать не спешит, называя «астрономическим золотым парашютом».

Уходя из банка, основатели договорились, что расчеты с ними будут идти постепенно, рассказывал Новиков: они пять лет вкладывали в развитие банка. Так как Петров, Лагута и Новиков вернули Аветисяну акции безвозмездно, они заключили уже с самим банком соглашения о прекращении трудовых договоров, согласно которым Модульбанк должен выплатить всем троим в равной сумме деньги за развитие бизнеса за пять лет. Итоговая сумма выплат, по предварительным расчетам основателей, должна составлять около 435 млн руб. на троих. Но получили они лишь по 15 млн руб. – дальше банк платить основателям перестал.

 

Аветисяна заждался лондонский суд

 

Бизнесмену дважды отказано в праве обжаловать решение о привлечении его к делу Baring Vostok.

Апелляционный суд Англии отказал «Финвижн» Артема Аветисяна в праве на апелляцию по делу о неуважении к Высокому суду Лондона. Суд 4 мая отклонил ходатайство «Финвижн» о разрешении обжаловать вынесенное 2 марта постановление судьи Тир, с этим решением ознакомились «Ведомости», его подлинность подтвердил представитель инвестфонда Baring Vostok, оппонента Аветисяна в споре за контроль над банком «Восточный».

Это уже второй отказ, полученный «Финвижн» на обжалование решения судьи о привлечении в качестве ответчика лично Аветисяна по делу о неуважении к суду Лондона. Само заседание было перенесено с июня на январь 2021 г., где они должны будут дать показания.

Иск подала в феврале кипрская Evison, принадлежащая Baring Vostok, – она владеет 41,2% акций банка «Восточный». Аветисян через «Финвижн» (42,01%) и его партнеры Шерзод Юсупов (4,82%) и Юрий Данилов (3,2%) владеют 50,01% банка, по данным на сайте ЦБ. До начала дела Baring Vostok контрольный пакет акций банка был у фонда. «Финвижн» и Evison в 2016 г., перед объединением «Юниаструм банка» Аветисяна с принадлежавшим фонду «Восточным», заключили опцион: компания Аветисяна получила право выкупить 9,99% акций «Восточного» за 750 млн руб. Все разбирательства, по соглашению об опционе, должны вестись в лондонском третейском суде (LCIA).

В 2017 г. Baring Vostok отказался исполнять опцион, объяснив это выводом активов из «Юниаструма» перед объединением: Evison подала иск к «Финвижн» в LCIA, чтобы признать опцион недействительным. В ответ «Финвижн» пошла судиться в Россию: в марте 2019 г. компания подала иск к Evison в Арбитражный суд Амурской области с требованием исполнить опцион.

Высокий суд Лондона весной запретил «Финвижн» вести разбирательство в российском суде параллельно с разбирательством в LCIA и напомнил: если запрет будет нарушен, то «Финвижн», ее директору и любым другим лицам, которые знают о постановлении суда, грозит уголовная ответственность. Несмотря на запрет «Финвижн» продолжила судиться в Арбитражном суде Амурской области. В мае 2019 г. он обязал Evison немедленно исполнить опцион и передать 9,99% акций «Восточного» «Финвижн» – в результате контроль над банком перешел от Baring Vostok к Аветисяну и его партнерам.

Нарушение приказа лондонского суда – это неуважение к суду, за это судья может вынести нарушителям санкции – штраф, тюремный срок или конфискация имущества.

Желательно, чтобы дела против «Финвижн», Аветисяна и Юсупова были рассмотрены одновременно, указано в февральском решении Высокого суда Лондона. Если бы в этом деле не использовалось уведомление альтернативными способами (когда уведомление отправляется напрямую ответчику, а не через Минюст и российский суд), то у Аветисяна и Юсупова не было бы необходимости участвовать в слушании. Так как в таком случае на уведомление ушло бы 8 месяцев в соответствии с Гаагской конвенцией о предоставлении услуг. Но тогда не только бы увеличились расходы на дело о неуважении к суду, но (что хуже) могли быть вынесены несогласованные заключения. Поэтому суд увидел вескую причину, чтобы заслушать эти дела одновременно.

Аветисян и Юсупов сразу попытались выйти из разбирательства, уверяя, что отвечать по иску должна «Финвижн».

Оценка того, были ли «исключительные обстоятельства», оправдывающие восстановление приказа об использовании уведомления альтернативными способами Аветисяна и Юсупова, – это оценка судьи, в которую Апелляционный суд не будет вмешиваться, говорится в его решении. По материалам дела и в тех обстоятельствах, в которых они находились на момент слушания, судья имел право сделать вывод, что судебный ущерб, нанесенный Evison, равносилен исключительным обстоятельствам. Судья не ошибся в принципе и не ошибся в принятом им решении. И тот факт, что стороны договорились об отсрочке судебного разбирательства, не оправдывает вмешательства Апелляционного суда в решение судьи Тир, сказано в документе.

Аветисяну дважды было отказано в разрешении на апелляцию – судьей Тир и апелляционным судом, говорит партнер Bryan Cave Leighton Paisner Роман Ходыкин, представляющий интересы Baring Vostok, и к 15 мая 2020 г. Аветисян, «Финвижн» и Юсупов должны дать свидетельские показания и ходатайство о разрешении на подачу экспертных заключений. «Аветисян и Юсупов могут отказаться давать показания перед судом, в английском праве предусмотрена такая возможность, но тогда есть вероятность, что судья им не поверит, – говорит он. – И они могут проиграть дело о неуважении к суду».

Менеджеры Baring Vostok пытаются конструировать все новые и новые судебные разбирательства и бросают на это серьезные ресурсы, прокомментировал представитель «Финвижн», в своих исках за границей они выставляют Россию коррумпированной страной и блокируют возможность подачи апелляционной жалобы. В то же время упускается очень важный момент, продолжает он: есть более позднее решение LCIA от июня 2019 г., которое признает, что Baring Vostok недобросовестно и незаконно удерживал иск «Финвижн» по колл-опциону в Англии – «на основании этого мы надеемся доказать свою правоту».

После двух отказов в праве на апелляцию обычно вопрос апелляционного обжалования считается закрытым, говорит партнер Herbert Smith Freehills Алексей Панич. Именно Апелляционный суд в конечном итоге решает, будет ли дело рассматриваться в апелляции.

Сейчас, добавляет он, начинает активно применяться право давать показания в суде по видеосвязи, то есть для этого нет необходимости лично являться в суд.

Представитель «Финвижн» не ответил, планирует ли Аветисян давать показания в Высоком суде Лондона.

 

Артем Аветисян оставил своих партнеров без денег

 

Основатели Модульбанка требуют с него 400 миллионов рублей.

Три основателя Модульбанка – Андрей Петров, Яков Новиков и Олег Лагута – подали в суд на свое детище из-за нарушений трудовых соглашений, следует из картотеки московских судов. «Ведомости» ознакомились с иском Андрея Петрова, чью подлинность подтвердил защитник Петрова, адвокат МКА «Князев и партнеры» Роман Францев. Иски Новикова и Лагуты такие же, только поданы в другие суды, объяснили они «Ведомостям». Общий размер причитающихся трем основателям Модульбанка выплат по трудовому договору, по их расчетам, составляет более 400 млн руб.: банк их выплачивать не спешит и называет «астрономическим золотым парашютом».

Астрономический золотой парашют

Модульбанк заключил трудовой контракт с Петровым в 2014 г. – именно тогда Лагута, Петров и Новиков создали этот цифровой банк для малого бизнеса. Сначала он работал как подразделение «Регионального кредита», принадлежавшего Артему Аветисяну, а в Модульбанк был переименован в 2016 г. – Лагута, Петров и Новиков получили по 7,5%. В Модульбанк его основатели, по их словам, втроем вложили 600 млн руб.

Отправной точкой конфликта стал декабрь минувшего года – Петров, Новиков и Лагута покинули банк и вышли из капитала. Их доли перешли Аветисяну, который теперь владеет 90,8%, еще 9,17% – у его партнера Шерзода Юсупова. Все три основателя и Модульбанк расторгли трудовой контракт по соглашению сторон, причем банк условия этого соглашения устраивали, говорит адвокат Петрова Францев. Так, указано в иске, Модульбанк брал на себя обязанность выплатить Петрову компенсацию за расторжение трудового договора. Размер и порядок этой выплаты прописывался в соглашении: сначала Модульбанк не позднее 25 декабря выплачивает по 15 млн руб. каждому из основателей, а затем вплоть до середины лета выплачивает ежемесячными траншами так называемую компенсацию за расторжение трудового договора, рассказывает Францев. Ее размер зависит от финансовых показателей банка.

Первые 15 млн банк выплатил, а вот дальше все пошло не по плану. Во-первых, указано в иске Петрова, Модульбанк, вопреки условиям соглашения, не предоставил расчет размера полагающейся основателям компенсации (даже после получения заявления с такой просьбой). Во-вторых, Модульбанк не перечислил первый транш до 1 марта, который, по предварительным расчетам Петрова, должен был составлять 20% от всего размера компенсации минус уплаченные 15 млн – 18,1 млн руб.: на эту сумму Петров и предъявил иск к банку. То же сделали и Новиков с Лагутой. «18,1 млн руб. – это выплата за февраль, – говорит Лагута, – далее сумму иска можно уточнять».

Модульбанк только 27 апреля получил извещение о предъявлении к нему исков со стороны бывших работников, говорит представитель банка, но самих исковых требований не получал и с ними не знаком. Представитель Аветисяна не ответил на запрос.

По словам основателей, ключевой фактор, который определяет размер выплат, – чистая прибыль Модульбанка по РСБУ за 2019 г. на основе 102-й формы отчетности на сайте ЦБ. Там указано, что прибыль банка – 777 млн руб. Далее из стоимости бизнеса в семь прибылей банка за 2019 г. вычиталась первоначальная стоимость бизнеса (3 млрд руб.) и умножалась на долю основателей в бизнесе. В формуле учитывалось еще несколько параметров и показателей банка.

Итоговая сумма выплат, по предварительным расчетам основателей, должна составлять около 435 млн руб. на троих. Эту же сумму, по словам Петрова, ему в телефонном разговоре подтвердил предправления Модульбанка Александр Черствов. В телефонном разговоре с бывшими топ-менеджерами Черствов подтверждал получение претензии на похожую сумму, но на выплату такого «астрономического золотого парашюта» бывшим работникам согласия не давал, говорит представитель Модульбанка. Расчет, на котором настаивают Петров, Новиков и Лагута, помимо массы арифметических ошибок содержит и фактические, говорит представитель Модульбанка: произвести выплату по предложенному бывшими работниками расчету означает исказить отчетность банка в интересах бывших топ-менеджеров. В чем состоят эти искажения, он не объяснил. Он также отказался комментировать, о какой формуле работников идет речь, если банк, как работодатель, соглашался с условиями расторжения трудового контракта по соглашению сторон.

Если будет установлено, что условия для выплаты компенсации есть, выплата будет произведена, передал позднее «Ведомостям» Александр Черствов. «По их [Новикова, Петрова и Лагуты] работе в банке уже выявлены замечания. Насколько они серьезны, можно будет говорить после окончания независимой аудиторской проверки», – отметил он.

Указание сторонами будущих дат выплат за пределами трудовых отношений заставит суд оценивать действительность соглашения в целом, говорит партнер FMG Group Николай Коленчук: в пользу работников выступает то, что Модульбанк соглашение частично выполнил, выплатив 15 млн руб., т. е. фактически признал силу соглашения. В целом шансы положительного решения по исковым требованиям велики, считает Коленчук, вопрос только в сумме невыплаченной компенсации. Истцу, по словам Коленчука, стоит подготовиться доказать в суде, что финансовый результат работника после его увольнения связан с его вкладом в развитие банка в период его трудовой деятельности, иначе существует риск того, что суд посчитает предусмотренный сторонами порядок расчета необоснованным. В данном случае ответчики могут настаивать на том, что стороны указали в расчете условия, которые ни одна из сторон не могла предвидеть или на которые влиять, а следовательно, соглашение в данной части может быть признано недействительным.

Почему основатели ушли из Модульбанка без денег

Решению основателей выйти из Модульбанка способствовал арест в феврале 2019 г. и уголовное дело против основателя Baring Vostok Майла Калви и шестерых его сотрудников, говорит Петров. Калви связывал уголовное дело с корпоративным конфликтом в банке «Восточный»: Аветисян, владевший 32% акций банка, вместе с Юсуповым и другими партнерами добивался контроля над ним.

Три основателя Модульбанка решили цивилизованно разойтись с Аветисяном, продолжает Петров. «Во-первых, из-за корпоративного конфликта за банк «Восточный» у нас сорвалась сделка по продаже Модульбанка по оценке 10–12 млрд руб., и во-вторых, мы посчитали, что Артем нарушил этику деловых отношений, использовав уголовное дело для решения корпоративного спора со своими партнерами по банку «Восточный», – объясняет причины выхода из бизнеса Петров. Он не раскрывает, с кем велись переговоры.

В декабре основатели Модульбанка отдали свою долю в банке – 22,5% акций – Аветисяну, ничего за это не получив. Акции, которые у Аветисяна в 2016 г. приобретали основатели банка на основании договора купли-продажи, не были ими оплачены, рассказывал человек, знакомый с условиями сделки. В итоге стороны в декабре 2019 г. подписали расторжение договора купли-продажи по причине неисполнения обязательств по оплате – и акции вернулись к Аветисяну. Сейчас, по словам адвоката Петрова, рассматриваются перспективы судебных претензий к Аветисяну касательно условий, на которых был расторгнут договор купли-продажи акций между ним и основателями.

В итоге основатели Модульбанка заключили с банком соглашения о прекращении трудовых договоров, согласно которым Модульбанк должен выплатить всем троим в равной сумме деньги за развитие бизнеса за пять лет. Уходя из банка, основатели договорились, что расчеты с ними будут идти постепенно, говорит Новиков: они пять лет вкладывали в развитие банка. «Модульбанк – успешный проект, технологичный и прибыльный, – говорит Новиков. – Мы рассчитывали получить вознаграждение за то, что за пять лет банк стал стоить в 3–4 раза больше с учетом того, что в момент нашего прихода – в 2014 г. – он стоил около 3 млрд руб.».

Зарплата в «Восточном» – дело тонкое

Аветисян, пока Новиков, Петров и Лагута работали в Модульбанке, попросил их помочь с цифровой трансформацией «Восточного», вспоминает Петров: «Мы планировали трансформировать сегмент малого и среднего бизнеса и за один год привлечь около 30 000 клиентов». О таких целях «Восточный» объявлял в сентябре 2019 г. «Переходя в «Восточный», мы договорились, что это будет короткий проект, – говорит Новиков. – Основные работы планировалось завершить за полгода, мы не собирались становиться менеджерами». Новиков и Петров приступили к работе в декабре в качестве советников. Лагута в банк не перешел: он тогда занимал пост предправления Модульбанка.

В итоге, говорит Петров, они разработали стратегию, однако позже банк перестал платить зарплату. Оба решили приостановить свою деятельность в «Восточном», но из банка их так и не уволили, продолжает он: просто решили не оплачивать наши услуги. «Руководство «Восточного» не в состоянии прокомментировать мотивы этого решения. Думаю, потому что решения принимают не они», – отмечает он.

«Восточный» приостановил выплату заработной платы Новикову и Петрову в связи ненадлежащим исполнением работниками своих обязательств, говорит представитель банка. В чем оно заключалось, он не уточнил.

 

«Восточные» страсти вокруг Артема Аветисяна и Майкла Калви

 

Из-за этого Baring Vostok оспаривает передачу 10% акций банка компании Аветисяна.

Кипрская Evison, через которую инвестфонд Baring Vostok владеет 41,2% акций банка «Восточный», пытается оспорить решение суда о списании у нее 10% акций в пользу другого акционера банка – компании «Финвижн» Артема Аветисяна. Evison обратилась в Амурский арбитражный суд с ходатайством о пересмотре дела из-за вновь открывшихся обстоятельств, говорится в материалах суда.

Опцион между «Финвижн» и Evison был заключен в 2016 г. перед объединением «Юниаструм банка» Аветисяна с «Восточным» – он давал компании Аветисяна право выкупить 9,99% акций за 750 млн руб. В 2017 г. Baring Vostok отказался исполнять опцион, объяснив это выводом из «Юниаструма» активов на 3,6 млрд руб. перед объединением. В мае 2019 г. Амурский арбитражный суд обязал Evison немедленно исполнить опцион и передать 9,99% акций «Восточного» «Финвижн». Исполнение опциона привело к тому, что Baring Vostok потерял контроль над банком и он перешел к Аветисяну и двум его партнерам – Юрию Данилову и Шерзоду Юсупову, заявление которого в ФСБ стало началом уголовного дела Baring, по которому проходят основатель фонда Майкл Калви и еще шесть человек.

Что это за вновь открывшиеся обстоятельства, «Ведомостям» объяснил адвокат Evison Олег Койда. В опционе содержалось конкретное условие – он вступал в силу только в том случае, если урегулирована задолженность между банком и Первым коллекторским бюро (ПКБ) на 2,5 млрд руб., рассказывает Койда: долг ПКБ перед банком был погашен в 2017 г. путем передачи на баланс банка акций люксембургской компании IFTG. Банк всегда ссылался на то, что со сделкой не согласен Юсупов, который написал заявление в правоохранительные органы, но сам банк никаких претензий по данной сделке не заявлял и был согласен с урегулированием задолженности, говорит юрист. Внезапно, продолжает Койда, в конце 2019 г. становится известно, что банк с таким урегулированием был не согласен еще до решения суда об исполнении опциона. Дело в том, что в феврале 2019 г., когда Следственный комитет возбудил уголовное дело, «Восточный» в рамках этого дела подал к его фигурантам гражданский иск на 2,5 млрд руб. – банк заявил об убытках из-за этой самой сделки по передаче акций. Сумма требований «Восточного» соответствует сумме вмененного фигурантам дела Baring ущерба в 2,5 млрд руб. О гражданском иске стало известно в декабре на одном из заседаний по уголовному процессу.

Это значит, что «Восточный» фактически не признал эту сделку как урегулирование задолженности, но ни разу не упоминал в суде первой инстанции о гражданском иске, объясняет Койда. Сделка по передаче на баланс «Восточного», на тот момент подконтрольного Baring Vostok, пакета акций люксембургской компании IFTG в погашение кредита на 2,5 млрд руб. ПКБ – основа уголовного дела. Юсупов, на совете директоров голосовавший за сделку, впоследствии счел замену неравноценной. Следствие оценило пакет в 600 000 руб., и Следственный комитет возбудил уголовное дело о мошенничестве, позже переквалифицировав дело в растрату.

Калви считает единственной мотивацией уголовного дела конфликт акционеров «Восточного». Стороны судятся и в Лондоне. В июне трибунал Лондонского международного арбитража (LCIA) признал за «Финвижн» право требовать исполнения опциона на покупку 9,99% банка «Восточный», а методы Evison по уклонению от исполнения опциона счел из ряда вон выходящими. Теперь фонд надеется в LCIA признать опционное соглашение недействительным из-за вывода активов – этот вопрос арбитраж рассмотрит весной 2020 г.

Согласно разъяснениям пленума Высшего арбитражного суда, приведенные адвокатами Evison доводы не могут расцениваться в качестве «вновь открывшихся обстоятельств», так как им дана подробная оценка в судебных решениях по делу об опционе, заявил представитель компании «Финвижн».

Банк «Восточный» не скрывал от суда никаких фактов, говорит представитель кредитной организации. Более того, о гражданском иске представители Evison не могли не знать, поскольку бенефициар Evison является одним из обвиняемых, отмечает он.